Русский Журнал
СегодняОбзорыКолонкиПереводИздательства

Шведская полка | Иномарки | Чтение без разбору | Книга на завтра | Периодика | Электронные библиотеки | Штудии | Журнальный зал
/ Круг чтения / < Вы здесь
Такова литературная жизнь
Дата публикации:  21 Января 2003

получить по E-mail получить по E-mail
версия для печати версия для печати

Закрылся проект "Литературная жизнь Москвы".

Проект состоял из одноименной газеты и ее одноименной же интернет-версии, расположенной на сайте союза литераторов "Вавилон".

Суть и цель проекта понятны из названия - освещение мероприятий происходящих преимущественно в клубной литературной жизни, то есть выступлений литераторов, презентаций книжек и т.д., а также акций более масштабных - фестивалей, слетов и проч.

Проект существовал с начала 1997 года по начало 2003 года и включал анонсы литературных мероприятий и хронику этих мероприятий за указанный период.

Прежде чем сказать что-либо, хотелось бы поблагодарить руководителя проекта Дмитрия Кузьмина и его коллег за то, что длительное время существовала удобная возможность своевременно узнавать о многих литературных мероприятиях и, соответственно, посещать (или не посещать) их. Также существовала и, надеюсь, останется возможность пользоваться хроникой литературных мероприятий, то есть узнавать, что происходило там, куда попасть не смог. Вероятно, данная летопись еще пригодится историкам литературы.

Абсолютно очевидно, что все, созданное людьми на этой земле, не является ни вечным, ни совершенным, в том числе и любой некоммерческий проект. Понятно, что создатели "Литературной жизни Москвы", обладая определенным мировоззрением, эстетическими предпочтениями, реализуя некие установки и будучи достаточно ограниченными в ресурсах, не могли, (а возможно - и не претендовали на это) отражать, описывать, охватывать всю столичную литературную ситуацию. Но можно только удивляться тому, что группа энтузиастов на протяжении столь долгого времени - шести лет - занималась сбором, обработкой и анализом информации и выпуском бумажной и электронной газеты, не получая за это финансовой компенсации.

Из сказанного следует, что:

1. Проект "Литературная жизнь Москвы" ("ЛЖМ") закрылся, но и жизнь, и Москва, и литература продолжаются. Соответственно, наверное, необходимо, чтобы между жителями жизни (а также Москвы) и между создателями литературы существовала некая коммуникация.

Чтобы литераторы и читатели могли встретиться, мало организовать саму встречу. Надо еще сделать так, чтобы об этой встрече стало известно публике. То есть нужна афиша литературных мероприятий.

2. Афиша литературных мероприятий, существовавшая в рамках проекта "ЛЖМ", безусловно, имела недостатки. Закрылась она по ряду причин - человеческих, системных, методологических. Это понимают и сами авторы проекта - в прощальном слове некоторые причины называются.

3. Закрытие проекта, имевшего четкие и понятные функции в литературном пространстве - хороший повод для анализа, а возможно, и для последующего синтеза. То есть разбирая недостатки, достоинства, упущения и находки, возможно создать более удачную модель, а также сделать предположения или предложения на счет нового проекта с теми же функциями.

***

В качестве первых (хотя и вынесенных за скобки) причин закрытия "ЛЖМ" называются: естественная человеческая усталость от шестилетнего неоплачиваемого труда и возрастающая занятость сотрудников в других литературных проектах.

Безусловно, отсутствие материального стимула являлось одним из существенных недостатков проекта. Сегодня ничего не следует делать бесплатно, даже если деятельность доставляет удовольствие. По крайней мере, надо стремиться сочетать приятное с полезным.

Возможно, при запуске проекта предполагалось, что он будет окупаться, что появятся спонсоры и меценаты, взносы или какие-либо еще способы материальной поддержки. Но этого (вероятно) не случилось.

Отчасти причина, очевидно, во внутренних установках. Как я, скромный автор этих строк, сообщал уже ранее, хотя об этом, собственно, было известно и без меня, руководитель "ЛЖМ", Дмитрий Кузьмин имеет весьма своеобразные представления об устройстве отечественной (а может - и вообще) литературы. В представлениях Кузьмина есть как бы две литературы: массовая и инновационная. Эти два направления не пересекаются и совершенно противоположны во всем, кроме разве что общей знаковой графической системы (алфавита). Разумеется, массовая литература, по мнению Кузьмина, эксплуатирует инновации, полученные в инновационной литературе, - других пересечений нет.

Если развивать данную идею дальше, то получается, что доход может приносить только массовая литература. Инновационная дохода не приносит, является элитарной и не может быть коммерциализована.

Соответственно, поскольку "ЛЖМ" интересовалась практически исключительно инновационной литературой, едва ли речь когда-либо заходила о доходах. Элитарность предполагала малое количество вовлеченных в деятельность лиц, фактически маргинальное (богемное, если угодно) существование.

Реальность несколько отлична от изложенных (надеюсь, верно) представлений.

Нет никаких четких границ между какими бы то ни было литературами. Любые систематизации и классификации условны и придумываются обычно для удобства. Инновации могут возникать где угодно, невзирая на жанры и направления. Любой вид творческой деятельности потенциально может быть коммерчески успешным. Безусловно, многое зависит от общей культурной ситуации и непосредственно от организации деятельности. То есть если макрофактор - общекультурная ситуация - позволяет, тогда все зависит от того, как налажено управление.

С другой стороны, идея о том, что качественная, серьезная литература и деятельность, с ней связанная, по определению не могут приносить прибыль, весьма распространена у нас. Отчасти - но только отчасти - это верно. Есть виды деятельности, практическая выгода которых неочевидна, малоочевидна, и они широким обществом, массовым потребителем не поддерживаются. Стихийный рынок решает не все. Эти виды деятельности нуждаются во внешней поддержке. Внешняя поддержка, соответственно, может оказываться как из соображений тех или иных выгод - прямых или косвенных, так и безвозмездно - исходя из альтруизма, нравственных установок, желания получить моральное удовлетворение.

Последнее называется меценатством. Другое - спонсорством и сотрудничеством. Вопрос, как и где искать деньги, крайне актуален сегодня в России, поскольку общество разделено на две неравные части: тех, кто деньги уже нашел и стал богатым (или имеет к ним свободный доступ), - количественно меньшая часть; и тех, кто этого сделать не сумел, - количественно большая часть. Со сдержанным оптимизмом можно констатировать тот факт, что активно формируется третья часть - те, кто профессионально умеет искать деньги, - например, для каких-либо проектов. Условно этих людей можно обозначить как продюсеров. Это особое искусство, требующее весьма разнообразных навыков, умений и личных качеств. С некоторым сожалением можно отметить, что в сфере интеллектуальной деятельности (в том числе в литературе) таких людей пока крайне мало. Можно даже говорить о том, что отношения между субъектами литературы и потенциальными инвесторами, спонсорами и меценатами совершенно не сформированы. Нет традиций, нет культуры таких отношений. Не разработаны аргументация, мотивация и способы взаимодействия. Обе стороны попросту еще не готовы к отношениям. Ни финансисты, ищущие, как правило, краткосрочных и зримых выгод, ни литературное сообщество, не умеющее разговаривать с финансистами на понятном им языке и делать понятные им предложения.

Ведь в принципе наши богатые и очень богатые граждане готовы помогать обществу своими финансами. Ходарковский кого только ни поддерживает - от Г.Явлинского до Ю.Грымова. Фридман и Авен занимаются музыкой (хотя вот выделили деньги и на литературный конкурс - к 300-летию Петербурга) т.д. Важно, чтобы у бизнесменов была мотивация. Для того чтобы она возникла, нужны некие инициативы. Предположительно инициативы должны исходить не от обладателей средств, а от субъектов литературы. Есть подозрение, что пока серьезных, грамотных и массированных усилий в этом направлении не предпринималось. То есть говорить о том, что современная литература никого из инвесторов, спонсоров и меценатов не интересует, спроса на нее нет и т.д. и т.п., - преждевременно. Как можно утверждать такое, когда мы не можем с уверенностью сказать, что всем, кому надо, все, что нужно, о литературе известно?

Общекультурная ситуация в стране такова, что позволяет довольно успешно справляться с жизнью самым различным видам искусства: кино, театру, живописи, музыке. По крайней мере, об этом можно судить из новостей. Находятся деньги на постановки, проходят самые разнообразные концерты. Любой художник, если он не совсем пропащий лентяй, тупица и пьяница, в состоянии прокормиться любимым делом. Но если говорить о литературе - речь именно о художественной литературе, не о книгоиздании, которое тоже вполне процветает, не о массовом серийном производстве детективов, - если говорить о литературе - это не так.

Почему? Вроде бы жизнь, особенно в век информационных технологий, на значительную часть состоит из слов. Вроде бы театральная и кинодраматургия - есть виды литературной деятельности. Современное музыкальное творчество (далеко не только поп-музыка) в большой степени песенное, то есть использует стихотворные тексты. Вроде бы художественная литература - это та область, где развивается, исследуется, осознается основное средство человеческой коммуникации - язык. Вроде бы литература продолжает заниматься и идеями, и духовностью, и философией, и самоосмыслением человека и общества - все важные для человека, общества, государства сферы бытия находят в ней словесное и художественное выражение.

Рискну предположить ситуацию "сапожник без сапог". Художественная литература, как опытное поле вербальных информационных технологий, сама не имеет должной коммуникации с обществом, которое обслуживает.

"Литературная жизнь Москвы" являлась элементом этой и без того слабой коммуникации.

Из сказанного следует первый вывод.

При создании следующего проекта с функциями "ЛЖМ" необходимо, чтобы труд сотрудников проекта оплачивался. Наиболее простой выход видится в интеграции в какой-либо более крупный и финансово состоятельный проект на условиях взаимной заинтересованности. Например, включение проекта частью в некое СМИ, уделяющее внимание культурной жизни. Афишу культурных мероприятий публикуют многие издания. Соответственно, все дело в качестве и полноте информации.

Вернемся к перечню причин. Кроме бесплатного труда за скобки вынесена занятость сотрудников "ЛЖМ". В этом свете отказ от проекта можно расценить как правильное решение. Занятия руководителя "ЛЖМ" - Дмитрия Кузьмина - весьма разнообразны. Кроме газеты, он курирует литературный клуб "Авторник", всю деятельность союза литераторов "Вавилон", занимается книгоизданием, наукой, выступает как литератор, переводчик, публицист. Очень большая нагрузка даже для крайне энергичного человека. Премию "Андрея Белого" за вклад в литературу Кузьмин получил в прошедшем году совершенно заслужено. Но естественным образом встает вопрос: как влияет разнообразие занятий на качество каждого отдельно взятого дела? Думается, отрицательно. Считается, что когда человек сосредотачивается на выполнении одной или узкого круга задач, свои функции он выполняет лучше.

Таким образом, второй вывод.

Необходима специализация. То есть крайне желательно, чтобы работа над предполагаемой новой литературной афишей была не только оплачиваемой, но и чтобы у исполнителей было на нее достаточное количество времени и сил.

Из неличных причин закрытия "ЛЖМ", указанных в "последнем слове редакции", основной можно считать структурную.

Газета издавалась по решению "Круглого стола литературных клубов и салонов Москвы" в первую очередь для описания деятельности участников. Из участников "Круглого стола" продолжает функционировать лишь незначительная часть. За шесть лет (что неудивительно) появились новые места и формы. Да и вообще литературная ситуация изменилась. То есть "...предмет, который подряжалась описывать и протоколировать "Литературная жизнь Москвы", стал другим - и для его описания требуются какие-то иные средства".

С этим нельзя не согласится.

Из слов редактора "ЛЖМ" можно заключить, что в проект не была заложена возможность модернизации, хотя в реальности "ЛЖМ" давно уже вышла за рамки первоначальной программы. Анонсировались и описывались мероприятия, проводимые сторонними организациями. В интернет-версии собраны координаты большого количества литературных точек и т.д.

И тем не менее, афиша в "ЛЖМ" оставалась неполной. Как представляется, систематической работы по выявлению мест проведения литературных акций, поддержанию связей с их организаторами не велось.

Практически не освещалась деятельность ЦДЛ, слабо - Музея Маяковского, не было (или были крайне скудны) сведений о мероприятиях, проводимых в крупных книготорговых центрах, типа "Библиоглобус", совершенно никакой информации не появлялось о деятельности "Дома детской книги" на Тверской, ничего не известно о ситуации в профильных высших учебных заведениях - Литинституте, ВГИКе, Журфаке МГУ, РГГУ и т.д., хотя можно предположить, что какие-то литературные процессы в названных вузах происходят, почти не было сведений о смешанных, например литературно-музыкальных, мероприятиях, и проч. Возможно, большинство мероприятий, не попавших в афишу "ЛЖМ", были ужасны, возможно - нет. Дело не в этом. Очевидно, что у любого человека, в том числе и интересующегося литературой, должен быть выбор. Он сам должен решать, куда следует идти, а куда нет. Идеальных литературных и редакторских вкусов не существует.

Причины такого, а не иного состава афиши "ЛЖМ", очевидно, как в ограниченности возможностей, так и во внутренних установках. Редакцию интересовала в первую очередь актуальная литература. Вернее, у редакции было свое понимание актуальной литературы, и это понимание определяло в большой степени состав афиши.

Несколько слов о литературной ситуации вообще. О структурных изменениях, ставших настолько очевидными, что они сделались помехой для дальнейшего существования такого стабильного проекта как "ЛЖМ".

Можно считать, что сроки существования "ЛЖМ" примерно совпали с переходным периодом в развитии российской словесности. Переход происходил от административного управления литературным процессом к рыночному регулированию.

Во времена СССР литературу и литераторов лояльных к режиму щедро поддерживало и внимательно контролировало государство. Происходило это не от любви к изящной словесности, а по идеологическим соображениям. Коммунисты понимали важность пропаганды и большое влияние литературы на формирование личности. В то же время литераторы, настроенные критически по отношению к режиму, могли рассчитывать на неменьшее внимание со стороны идеологических противников СССР. То есть хорошее положение литературы и литераторов в советское время объяснялось идеологическими причинами.

В ситуации либерального государства (или государства, пытающегося быть либеральным) контроль над литературой со стороны центральной власти ослабевает. Литературные процессы в большей степени регулируются обществом в целом, потребительским спросом, рынком.

После перестроечного литературного бума, обусловленного отнюдь не рыночными, а идеологическими причинами - а именно снятием цензуры, начался переходный период, когда большое влияние на процессы, мышление, поведение оказывали старые институты и стереотипы, но одновременно формировались новые. И вот теперь, очевидно, переходный период подошел к концу. То, что он затянулся, можно объяснить огромной силой инерции, которая, в свою очередь, связана со значительными вложениями в литературу и особым вниманием к литературе, которые имели место при СССР.

О начале либерального периода свидетельствуют некоторые успешные акции и проекты, устроители которых действуют осмысленно и целенаправленно, используя наконец-то появившиеся технологии достижения успеха.

Система ОГИ, "Ад маргнем" и А.Иванов, достаточно грамотная работа с выведением на рынок "Гарри Поттера" (как представляется, из-за контроля и помощи со стороны западных партнеров), достаточно успешные попытки паразитирования на популярности "Поттера" - "Таня Гроттер" и "Порри Гаттер", проект Б.Акунин.

Технологии подразумевают изучение потребителя и спроса, разработку стратегий продвижения продуктов на рынок и т.д. и т.п. - все то, что давно используется в России в других видах деятельности.

Некоторые считают применение рыночных и информационных технологий делом нечестным, игрой не по правилам, пренебрежением этическими нормами. Думается, это следствие инерции мышления.

Правильное использование технологий вовсе не уничтожает и не принижает творчество или какие-либо литературные направления. Наоборот. Люди разные. Любой (почти любой) продукт, обладающий достаточным качеством, потенциально кому-то интересен. Технологии лишь позволяют выявить нужную группу людей и осуществить коммуникацию с ними, привлечь внимание к продукту, сформировать спрос. Система ОГИ в этом плане вполне показательна.

А продолжающаяся инерция несколько удручает. В том числе - и в организации литературной жизни. Конечно, ОГИ не является гигантом книжной индустрии. Вовсе не обязательно монстрам вроде "ЭКСМО" или "ОЛМА" приглядываться к его опыту. Но есть масса издательств средних и маленьких. Почему издательства не организуют литературные клубы, почему не проводят в них презентации своих книг и авторов на постоянной основе, как это делает ОГИ, - загадка. А если организуют и проводят, где информация об этом?

Речь о том, что литературная жизнь была бы интереснее и разнообразнее, если бы все участники ситуации использовали эту форму для пропаганды своей деятельности. Литература не поп-музыка, где промо-тур является обязательным элементом при выпуске нового альбома исполнителя, но это не означает, что литературные продукты не нуждаются в промоутировании.

Можно, однако, предположить, что какие-то издательства или другие заинтересованные структуры со временем ступят на этот путь.

Еще несколько выводов, касающихся предмета анализа.

Вывод три:

При создании новой афиши литературных мероприятий необходимо разработать алгоритм, который бы позволил выявлять места проведения литературных акций и осуществлять взаимодействие с организаторами в наиболее оптимальном режиме. Алгоритм должен учитывать тот факт, что литературная ситуация постоянно меняется.

Очевидно, добиться абсолютной полноты охвата ни в каком случае не удастся, но следует стремиться к лояльности. То есть личные предпочтения устроителей афиши не должны влиять на ее содержание.

Вывод четыре:

Необходим некий координационный центр. Место, куда бы стекалась вся информация о предстоящих литературных мероприятиях, - о котором было бы хорошо известно организаторам мероприятий и из которого можно было бы осуществлять контроль за поступлением информации и ее распространение по каналам коммуникации.

Каналов коммуникации должно быть максимальное количество, это обеспечит наибольший охват потенциальной аудитории. Минимальный вариант - соответствует практике "ЛЖМ" - бумажное издание и интернет-ресурс.

Представляется, что именно интернет-версия могла бы стать координационным центром, или, по крайней мере, местом, где сведения представлены наиболее полно, поскольку, в отличие от бумажных изданий, в Интернете нет жестких ограничений на объем информации. Кроме этого, Интернет весьма функционален благодаря возможности организации гиперссылок. С их помощью не только можно осуществлять навигацию, но и расширить охват аудитории, если ссылки на литературную интернет-афишу поставят у себя многочисленные и разнообразные сетевые литературные и гуманитарные проекты.

Вывод пять:

В случае создания нового проекта, анонсирующего литературные мероприятия, при его запуске была бы крайне желательна рекламная кампания для информирования всех заинтересованных лиц и сторон.

Вывод шесть:

Поскольку невозможно наверняка определить, как будет развиваться литературная ситуация, очевидно, будет продуктивным ограничить существование проекта по времени либо определить сроки, через которые будет производиться пересмотр принципов организации проекта, его существенная модернизация.

***

В этом моем вступлении не рассматривается вопрос ведения хроники литературных вечеров, безусловно, важный, но отдельный. Представляется, что литературная афиша все же более ценна для всех заинтересованных лиц и сторон. Практически наверняка проанализировать удалось не все аспекты, не все удалось сделать выводы, факты и примеры тоже далеко не все. Как и у любого обычного человека, мои познания и возможности ограничены. Но я старался.

В финале хотелось бы призвать литературное сообщество и всех, кому это интересно и полезно, приложить интеллектуальные, организационные (а возможно, и материальные) усилия для создания полноценной афиши литературных мероприятий Москвы, а также Санкт-Петербурга - хотя бы двух столиц.

В частности, хотелось бы обратится непосредственно к "Русскому журналу", хорошо известному своей поддержкой литературы и литературных проектов.

Не мог бы "Русский журнал" в лице его уважаемых мною руководителей и сотрудников оказать содействие или принять участие в организации проекта с условным названием "Литературная афиша Москвы и Санкт-Петербурга"?

Или мог бы?


поставить закладкупоставить закладку
написать отзывнаписать отзыв


Предыдущие публикации:
Михаил Эпштейн, Дар слова. Выпуск 11 /20.01/
Однословия В.Колмановского. Расширьте свой времяём. Времяпоклонничество - самая массовая из сект. Если угождать, то году, а не минуте. Времяугодливые классики. Времяеды опаснее дармоедов. Овременять или развременять религию?
Анастасия Отрощенко, Литература начинается в детской /16.01/
Болезнью нашего времени можно назвать отсутствие героев в литературе вообще, но для детской - отсутствие их смерти подобно.
Михаил Эпштейн, Дар слова. Выпуск 10 /15.01/
Логос и неологизм. Новому году - новое слово. Японское времялюбие и карамазовское времястрастие. Чувство времени и способы его выражения. Кто времлет будущему? Времливые мыслители. 8 часов завременья.
Татьяна Баскакова, "Мне хочется переводить немногих авторов с немецкого..." /15.01/
Интервью с переводчиком. В нашей сфере нельзя стать профессионалом бесспорно и навсегда, ты не застрахован от неудач. Единственное, что может помочь, - желание сделать хорошо. Если ты сделал плохой перевод, твои товарищи это заметят. Переводчики не позволяют себе останавливаться. У них нет границ между жизнью и "высокой" литературой.
Владимир Александров, Биография воображения /09.01/
В книге Луговской мало правдоподобия. Это история постижения мира, дружелюбного и трепетного. Сергей Ермолинский обходил идеологические рифы с потрясающим изяществом. Он практически ни разу походя не лягнул того, кого надо было лягать, ни разу не покривил душой.
предыдущая в начало следующая
Виктор Перельман
Виктор
ПЕРЕЛЬМАН
vvvppp@yandex.ru

Поиск
 
 искать:

архив колонки:

Rambler's Top100