Русский Журнал / Политика /
www.russ.ru/politics/20030120-ya.html

Равняйтесь на Ширвиндта!
К выходу первого номера газеты "Консерватор"

Кирилл Якимец

Дата публикации:  20 Января 2003

Первый номер второго варианта газеты "Консерватор" вышел 17 января, как и было обещано. Вполне консервативная пунктуальность... А кроме нее я в этой газете ничего консервативного, признаться, не обнаружил.

Это не наезд и не приговор. Это - пожелание "оприходовать", наконец, консервативную идею, заставить ее работать. Консервативная идея витает в российском воздухе уже достаточно давно. Идея эта не имеет ничего общего с "черносотничеством" - в частности, убежденными консерваторами считают себя некоторые мои знакомые иерархи из Евро-Азиатского Еврейского Конгресса. Также не приходится говорить и о тождестве между консерватизмом и ностальгией по Совку - хотя здесь, конечно, "возможны варианты". Еще больше "вариантов" можно предположить при сопоставлении консерватизма с евразийством: консерватор - это, вроде бы, убежденный государствнник и где-то даже империалист. Однако, без "вроде бы" и "где-то" здесь никак не обойтись. Знаменательно, что в первом номере "Консерватора", подготовленном командой людей, о которых мне доподлинно известно, что они - консерваторы, присутствует достаточное количество материалов "либерального" характера. Например, по проблемам нашей армии. Также много материалов нейтрально-аналитических. И материалов откровенно "гламурных" - преимущественно во "второй тетрадке".

"Гламурность", впрочем, была заранее заявлена новой командой и, до кучи, рекомендована умными людьми. Что ж до нейтральности, то в ней я едва ли могу кого-то обвинять, поскольку сам считаю именно нейтральность признаком хорошего тона (не всегда мне, впрочем, доступного). Но это касается нейтральности политической.

К сожалению, новый "Консерватор" страдает нейтральностью стилистической - а вот это уже серьезный минус. После всех жарких споров о консерватизме вывод, кажется, всплыл сам собой: консерватизм - это стиль, определенное состояние души, влияющее на слова и поступки человека вне зависимости от его конкретных убеждений и позиций. Консервативная идея лишь в одном (возможно, не главном) из своих многочисленных аспектов имеет отношение к политике. Консерватизм - это белые манжеты, ухоженные ногти, душевный покой, некоторая светская поверхностность и глубокое недоверие ко всякого рода младенческим потугам на "героизьм" и "революционность". Поэтому вторая тетрадка газеты более отвечает замыслу и названию, чем первая.

Первая же тетрадка по-юношески серьезна. К нейтральности следовало бы добавить толику игривой брезгливости - поскольку истинный консерватор не может всерьез относиться к той пошлятине, которая последние сто с небольшим лет именуется у нас "политикой". Пошлятина эта, безусловно, достойна пристального внимания, но внимания академического, я бы даже выразился конкретнее - внимания энтомологического: "Какие крохотны коровки!.." Можно походя и "приметить слона", однако слон - это уже из другой оперы. Слон - это нечто действительно важное, философское, существующее вовсе не для обсуждения на страницах СМИ, в том числе - СМИ консервативной направленности.

Вот вам, господа, первая полоса. Все о морозах. Обсуждается трагическое - воистину "блокадное" положение жителей Петербурга. Предлагается судиться с чиновниками, уворовавшими средства, отпущенные на реформу ЖКХ. Все это "залакировано" гневными рассуждалочками о том, что морозы - наша судьба, от которой не уйдешь, а поэтому, мол, чиновники должны быть готовы к худшему... Тема важная для электората. Но ведь перед нами не газета "Округа", господа! Понятно, "Консерватору" необходимо привлечь "внимание масс", однако не стоит ради этого уж настолько идти у масс на поводу. Я не предлагаю, конечно, воспитывать массовые вкусы, поэтому теме морозов, действительно, место на первой полосе. Однако далее следовало бы из сбежавшейся публики выбрать своих. Единственная печатная продукция, удовлетворяющая решительно всех, это, как известно, денежные купюры. А как выбрать своих? Обсудить массовую тему под не вполне массовым углом. Да, много народу померзло, да, чиновники воры, да, морозы - наша русская судьба. Упомянем обо всех этих банальностях вскользь - после чего можно перейти к захватывающему сравнительному анализу разных способов смерти: от обморожения, от вражеской пули, под колесами транспорта. С примерами из жизни и литературы. Вот это была бы первая полоса, господа!

А вот вам, господа, третья полоса. Расклад сил между партиями, прогнозы, интервью Жириновского. Интервью, кстати, вполне годится. Все прочее - тоже, но лишь в качестве "субстанции", из которой здорово было бы вылепить нечто "специфическое". Жириновский упомянул, что партия строится не вокруг программы, а вокруг лидера. Почему бы не развить эту мысль? Ведь голосуют не за живого человека, а за предъявленный публике стиль! И борьбу партий можно рассмотреть как борьбу стилей - от души посмеявшись над тем, как вся эта толпа косноязычных дегенератов пытается корчить из себя "парламент".

Или забавный материал на шестой полосе о "монашеской республике" Афон. Сперва процитирую: "В свое время я случайно встретил на подступах к монастырю группу монахов из Москвы, которые не знали иностранных языков и попросили меня помочь объясниться с братией Эсфигмену. Первое, о чем они попросили спросить у встретившего нас монаха, - где в Эсфигмену расположены душ или ванна. Удивлению монаха не было предела - он объяснил, что монашествующие могут омывать лишь голову и руки". Итак, афонские монахи contra mundum: Патриарх-экуменист и греческая полиция осадили Афон. Афоняне вывесили черный флаг с надписью "Православие или смерть". И презабавная деталь: верите ли, господа, они там не моются!

Автор статьи, похоже, далек от нейтральности, он всячески сочувствует афонянам. Он рассказывает, как другие сочувствующие прорывались на Афон сквозь полицейские кордоны...

Вы можете ли представить себе Александра Ширвиндта, например, пролезающего под колючей проволокой, чтобы впредь не видеть женщин и не мыться? Вы можете себе представить того же Ширвиндта, с серьезной суровостью повествующего о том, как эти подвиги совершали другие?

Я не просто так упомянул о Ширвиндте. Вот она, правильная и тщательно выверенная смесь британского дэндизма, русского барства и еврейского резонерства. Вот истинное лицо (и тело, и слова, и в целом стиль) консерватора! Равняйтесь на Ширвиндта, господа. И все у вас получится.