Выпуск от 21 февраля 2000 года
- Квазиродственники; сказка о козе; стиховед-садист в роли двух клавиш; деепричастия как форма отношения к миру; псаломщик в завязке; их нравы и поправка; хорошее о Норвежском Лесном
aragorn.linet.ru/patefon/ "Пока" у меня уже, кажется, несколько раз в качестве слова-связки фигурировало. Поэтому сегодня я его обыгрывать никак не стану. А вот сайт сегодня в этом разделе будет совершенно замечательный. К сожалению, чтоб оценить его, необходима известная техническая оснащенность, поскольку речь идет об архиве старых музыкальных шлягеров, да еще и записанных в диковинном (и вполне осмысленном, кстати) формате vqf. Собрал все эти записи 30-х, 40-х, 50-х и 60-х годов Алексей Кочанов из города Казани. В предисловии он настаивает на том, что ретрошлягер подобен машине времени:Сейчас по радио эти песни практически невозможно услышать, во всяком случае, мне не доводилось их слышать. Это песни моего детства. В пятидесятые - шестидесятые годы их передавали по радио, они звучали с патефонов и проигрывателей. Под эту музыку танцевали в компаниях. Послушайте ее. Перепишите на кассету и подарите своим старичкам. Я думаю, они будут бесконечно Вам благодарны за то, что Вы на несколько минут вернете их во времена молодости. Это - как машина времени. Подарите им машину времени!
Не думаю, что машина времени. Не более, чем старые фотографии из чужих семейных альбомов или дневники А.А.Станиславского, которыми я сегодня злоупотребил, кажется. Была такая игра у нас - ходить в магазин, торгующий всякой рухлядью и расположенный на ул. Рийа, и покупать там за крону фотографии разных плюсквамперфектных людей. Каждому можно придумать биографию, познакомить их друг с другом, переженить, развести, напридумывать мыльных опер и объявить в заключение своими родственниками. Очень содержательная игра, рекомендую. Я бы и писателям советовал там себе героев искать. Я никогда не слышал песню "Маша". Все воспоминания, которые у меня возникают при прослушивании этого абсолютно гениального произведения - ложные, типичное дежавю. Слышал, правда, более сложные вариации этой мелодии того же композитора Сидорова ("Песня о неизвестном любимом" в исполнении Эдит Утесовой), а "Машу", которую тут Козин поет, - никогда. Точно так же, как мнимых родственников домысливаешь за фотографиями, так и тут - придумываешь с начала до конца тот контекст, в котором эти 45 оборотов крутились. Специалисты по эстетике нас учат, что художественным произведение становится тогда, когда теряется непосредственная связь текста со средой и обстоятельствами, этот текст породившими. Вопреки Андрею Немзеру, рискну предположить, что мода на ретро не есть чисто инфантильное стремление общества в материнское лоно прошедшего времени. Попса по определению пахнет идеологией и/или деньгами. То есть, будучи художественной, все-таки слишком привязана к каким-то неприятным вещам. Нужно время, чтоб дензнаки поменялись, и идеология чтоб отвалилась, как короста. И тогда вдруг оказывается, что мелодии Сидорова прекрасны, а слова Козина гениальны:Хмуришь брови часто,
Сколько, интересно, времени понадобится, чтоб насладиться "Стюардессой по имени Жанна"? Нет, люди столько не живут. Правнуки, надеюсь, порадуются.
Сердишься ты зря.
Злость твоя напрасна
Я ж люблю тебя!
Ты возьми, Маша,
Крепче обними.
Жизнь прекрасна наша,
Солнечны все дни!
Улыбнись, Маша,
Ласково взгляни!
Жизнь чудесна наша,
Солнечны все дни!
Солнце нам сияет,
Нам цветет сирень.
В роще распевают
Пташки целый день.
<...>
Мне с тобой вместе -
У нас одни пути -
И в труде, и в песне,
И в любви идти...
Улыбнись, Маша,
Песню громче спой!
Мы на радость, Маша,
Встретились с тобой!
В прошлый раз я допустил две ошибки в коде, а корректоры проглядели. Правильные варианты были указаны явно, а неправильные отсылались мне. Интересно, что в промежутке вылезает ведь такая специальная страница, предупреждающая о содержании послания, там-то и высвечивались злокозненный Брюсов (вместо Стрибожича) и вечный Блок (подменивший Кузмина). Брюсов явно вылез в связи с темой козы, а Блок - по паронимическому поводу розы. Тем не менее, претензий от игроков не было, так что тур считаю разыгранным (вынося себе строгое порицание). Тем более, что стихи написал Долинов, с которым было все нормально в коде.
Долинов получил 3,692307692308 (кажется, это самый высокий балл в нынешней игре), Савватий сохранил три из пяти очков, а общие результаты таковы: 9 баллов - Маша; 8 баллов - Н. Колпий; 6 баллов - Ю. Володарский, mL; 5 баллов - Виталий Боровиков (задание в игре), Кузнецов; 4 балла - Савватий, pshusha; 3 балла - Н.Сорокин, Кость Скрыптум; 2 балла - Амин, Igor Astapov, Бродский, Ia-Ia, Кузя, Леонид, Лошадь, mgm, М. Сазонов; 1 балл - a_l, DA, dmkom, Semen Gorbunkov, 7 черепах, Сочный, Лиза Кабинетова, Карина, Лена, mgm, mm, Наталья, Фи; вне игры - Аничка, тё. Пришлите свое задание:
Два рассказа академика и стиховеда Семенова о женщине по фамилии Сердитская 1. Короче, у нас там работает на методике такая, по фамилии Сердитская. Она уже старенькая, но ездит из Таллинна. Мы в соседних комнатах сидим. Она там у себя печатает на огромных пишущих машинках. Одна машинка русская, а другая - эстонская. Когда ей надо их поменять, она меня зовет, и я переставляю. Выходит, я у нее работаю клавишами "Alt" и "Shift". 2. Короче, эта Сердитская в компьютерах сама не понимает ничего. У нее пишущие машинки. А у меня в соседней комнате компьютер стоит. И Сердитская однажды ко мне заходит, сердитая очень, и говорит: "Вы зачем животных мучаете?" Я говорю: "Каких?" Сердитская говорит: "Вы котенка принесли и его мучаете где-то под столом!" Я говорю, что нет, это программа ICQ, когда приходят там письма, такие звуки производит. Даже показал ей. Она тогда спрашивает: "А с этим компьютером все в порядке?" А потом забыла что ли и опять стала приставать. Требует, чтоб кота не мучал. Я потом думал туда эротические звуки поставить, но постеснялся.
Возвратимся к дневнику А.А.Станиславского и зададим себе вопрос о том, зачем вообще дневники пишутся. Очевидно, единого ответа тут быть не может, жанровых разновидностей много, и прагматические установки в разных типах различны. "Дневники Писателя", о которых уже приходилось говорить, являются разновидностью более широкого типа - "Дневников Интересного Человека". Здесь ведение дневника оправдано некой сверхценностью стоящей за ними личности, будь то романтический гений или безумец. Записывание становится манифестацией и подтверждением этой сверхценности. Более спокойным вариантом последнего типа являются дневники "свидетелей" - ценность личности здесь оправдана не изнутри самой себя, но по смежности (Эккермана - с Гете, Никитенко - с историей русской словесности и бюрократической жизнью столицы). В этом случае записывающий заранее смиренно соглашается на роль вторичного источника (в противоположность предыдущему типу). Эти два поджанра рассчитаны на какое-то дальнейшее использование: кто-то потом эту тетрадку должен будет взять в руки, будущий ли бесстрастный историк или чувствительный друг человечества... В противоположность этим публичным дневникам существуют дневники интимные. Здесь, очевидно, тоже следует говорить о градациях и жанровых типах. Дневник может, как у Толстого, опиравшегося на традиции XVIII века, служить летописью грехов, ежедневные дневниковые записи в этом случае становятся неким эквивалентом исповеди. Само записывание у Толстого (особенно в ранних дневниках) превращается в обряд, близкий к самобичеванию: "но строк постыдных не смываю", одним словом. В пределе такой дневник пишется для двух читателей - первым является Автор (совмещающий исповедника и грешника в одном лице), вторым - Бог. Третьи лица здесь неуместны в принципе (хотя часто и подразумеваются как свидетели тяжести борьбы с пороком - ср. главы "Исповедь" и "Вторая исповедь" в повести помянутого автора "Юность"). Другой тип интимного дневника, представленный как раз дневниками Станиславского (и, очевидно, 99,9% всей дневниковой литературы), - Дневники Неинтересных Людей. Основная их функция - автомемориальная. (У И.А.Аврамец есть такие книжечки, по которым она может выяснить, что, с кем и когда она пила, какие лекции перед тем читала и кому потом писала письма. Очень полезная штука.) Если говорить о перспективе таких дневников, они рассчитаны не на Бесстрастных Потомков, а просто на потомков: правнуков, которые могут полюбопытствовать, в котором часу вставал прадедушка и в какой церкви венчался. Дневники других типов - материал для традиционного историка, психолога, литературоведа. Дневники Неинтересных Людей привлекут историка школы "долгого дыхания" или исследователя языковых формул. Ни красот слога, ни психологических глубин: не потому что Станиславский не способен к первому или не обладает вторыми. Просто жанр об этом ничего не знает. Это отчасти объясняет отмеченное нами нежелание А.А.Станиславского выходить за рамки интимной сферы. Конечно, бывают периоды, когда история так властно в эту сферу вторгается, что ни на какой кобыле ее не объедешь, но и тут, как я пытался показать, Станиславский пытается сопротивляться. Дневники этого рода принципиально антиисторичны, они сродни шторам, воспетым Булгаковым: там, за шторами, снег, зверообразные люди с винтовками и космические катаклизмы; тут, внутри - лампа под зеленым абажуром, "Фауст" на пюпитре и орлы на подстаканниках. Собственно, такие дневники ориентированы на фиксацию повторяющихся, нормальных, а не экстремальных событий. Квинтэссенцией у Станиславского является запись от 5 июня 1917 года:День прошел обыкновенно, вечером был дома.
Писание таких дневников, ориентированных на фиксацию незаметной повседневности, само является частью этой повседневности, вечерним (как правило) или утренним ритуалом, элементом распорядка. Любимые формулы, организующие повествование у Станиславского, находим уже в дневниках 1913 года: это, прежде всего, зачин (позднее стабилизировавшийся в чеканную формулу "вставши утром и напившись чаю"). Трогательное постоянство упоминаний утреннего чая наводит на мысли о значимости этого ритуала в жизни человека начала века (ср. у Достоевского в "Записках из подполья": "Мне надо спокойствия. Да я за то, чтоб меня не беспокоили, весь свет сейчас же за копейку продам. Свету ли провалиться, или вот мне чаю не пить? Я скажу, что свету провалиться, а чтоб мне чай всегда пить"). Далее - обязательные упоминания о "занятиях" (в поздних дневниках - о службе) и чтении. Другие постоянные мотивы: писание и чтение корреспонденции и путешествия по железной дороге. Часто поминаются посещения биографа и биоскопа, реже - театральные впечатления. Интимная сфера представлена также постоянными упоминаниями о Галюсе (она же - Галюк или Галюня). Наиболее интимные моменты Станиславский словам не доверяет, но неизменно фиксирует (пользуясь для них игривыми многоточиями, а иногда их еще и многозначительно подчеркивая):2. авг. <1914> После чаю пошли с Галюком на берег, где очень долго сидели на берегу, грелись (..... 1 ч. д. и 3 ч. д.) потом скупался. Перед вечером заходил этот кабан Демочани Сергей Николаевич и испортил все настроение. Вечером с Галей и ея мамой ходили в биограф "Регина" на Подоле, шла картина "Дети Ванюшина" очень понравилась; лег спать в 1 ч. 15 м. н.
Обратим внимание на одну чисто языковую особенность дневников: исключительное пристрастие автора к деепричастным оборотам. Деепричастие - знак "письменной" речи (тем самым маркируется некая литературность записей, ср. у Чехова пародию на будущие дневники Станиславского: "Подъезжая к сией станции и глядя на природу в окно, у меня слетела шляпа. И.Ярмонкин"). Другой аспект, который можно тут отметить, - стремление увести разговор от действий и событий к обстоятельствам этих действий и событий. То, что фоновый по определению, сопутствующий обстоятельственный оборот начинает занимать такое важное место в повествовании, еще раз возвращает нас к теме ориентации на фоновые, обыкновенные события. Наконец, третье деепричастное обстоятельство - эти обороты выдают отмеченную уже жанровую особенность дневников: дистанцированность текста от жизни, его итоговость. Речь развертывается не в точке действия, а постфактум, когда можно отделить сюжет от обстоятельств ему сопутствующих. Станиславский (в отличие от авторов романтических дневников) никогда не нарушает эту перспективу - мы не встретим у него упоминаний об обстоятельствах, в которых делается запись. "Пишущий Станиславский", грубо говоря, в самом тексте дневников не присутствует вообще. Что касается событий экстраординарных, то жанр успешно перемалывает своими перечислениями и деепричастиями и их. Приведем два примера. Первый (записи ранние, полудетские) представляет собой повествование о настоящем эксцессе - событии, никак распорядком жизненного жанра не предусмотренном. Как водится в нежном возрасте, несчастный случай превращается в каникулы:
6. сен. <1915> Вс. В 11 час. направились в Киев в оперный театр шла опера "Русалка" очень понравилась, сидели во втором ряду галлереи, вечером были дома, читали, лег спать в 12 ч. 30 м. н. (...... 6 ч. веч.)
7 сен. <1915> Пн. Днем пошли в Киев, записался в ун-т в число студентов, едущих в Саратов для льготнаго туда проезда, потом пришли пообедали и в 6 час. пошли в церковь Братский монастырь вечером помыл голову (.... 12 ч. д.) лег спать в 11 ч. 15 м. в.
5 дек. <1915> Сб. Утром напившись кофе, пошел узнать приехал ли плательщик, потом позанимался и прошел к Гале у которой был на уроке. После обеда, получивши жалование, пошел с Галюком в местечко отдали долги, купили что нужно потом, одевшись, пошли в училище, где было парадное служение зашли к заведующему, где собралась учительск. компания и оба батюшки. Напившись там чаю, посмеялись и пришли домой. Легли спать в 12 ч. н. (......)7 фев. <1913> Чт. Сегодня в 6 час. веч. укусила меня собака кажется бешенная, Розум настаивает, чтобы завтра же уезжал в Харьков, что я и сделаю. Завтра вероятно не буду на уроках. Не учил на завтра ни одного урока, волнуясь изрядно, а тут еще дядюшка возмутил меня своими отношениями, написав Галюсе письмо.
Второй пример касается события, жизненным расписанием предусмотренного, но уникального. Герой переходит в новое качество. Тут позволены отклонения от привычного тона повествования:
8 фев. <1913> Пт. В 4 ч. дня пошли с Галюсей гулять за город потом зашли погреться в <Так! Фрейд отдыхает. А может, просто украинизм. - Р.Л.> Наде Базилевич потом пошел в епарх. училище на вечер, вернувшись оттуда сразу же отправился на вокзал и в 11 ч. веч. скорым поездом выехал в Харьков, заснул около Ромодана.
9 фев. <1913> Сб. Проснулся в 7 ч. у., проезжали мимо станций под Харьковом, приехавши сразу направился к дяде Ване, напился чаю и сразу отправился в Пастеровскую лечебницу на прививку, проводила меня туда тетя. Пришлось ждать довольно долго, пока наконец записали меня и сделали прививку было не больно, пока кололи, зато потом страшно разболелся бок, написал Галюсе письмо.
10 фев. <1913> Вс. Сегодня в лечебницу привезли больного с признаками бешенства, кололи сегодня левый бок, вечером ходили в оперетку "Ночь любви" довольно остроумная оперетка наслышался хоть пения хорошаго
11 фев. <1913> Пн. Утром после чаю пошел в лечебницу на прививки, вечером был в малоросс. театре ставили пьесу "Дай сердцевi волю, заведе в неволю", играли очень хорошо и впечатление огромное
12 фев. <1913> Вт. Ходил на прививки, вечером ходил в оперный театр, шла опера "Галька" очень понравилась, декорации очень хорошие. Написал Галюсе письмо.
13 фев. <1913> Ср. После прививки пошел в город, где купил "гетры" т<а>к к<а>к теперь приходится беречь ноги от простуды, написал Галюсе письмо.
13 фев. <1913> Пт. Сегодня сделали прививку с особенною любовью, даже кровь шла, написал Галюсе домой и ответил на вчерашние письма.24 окт. <1915> Сб. Вставши в 7 ч. у. и сразу побежал на вокзал узнать был ли уже поезд из Киева, которым в 2 ч. 52 м. должна была приехать Галюся. Оказывается, что поезд опоздал и пришел только в 10 ч. у., несколько раз еще ходил на вокзал и наконец в 10 ч. у. встретил свою Галочку, которая привезла иконы, цветы и кое-что из съестного. До обеда были дома, счастливые и сияющие, после обеда отправились к заведывающему, где застали о. Поликарпа, записал нас в книгу, мы записались в "Обыске брачном", потом немного прошлись по местечку, купили воротничек и направились домой. Вечером сидели дома, я читал "Киевскую мысль" Галюся же гладила, подшивала, приготовлялись к завтрашнему дню. (..... 2 ч. д.)
К.Ю.Рогов обещал поделиться своими соображениями по поводу жанра дневников. Предлагаю ему рассматривать эту (не последнюю в цикле) заметку в качестве вызова.
25 окт. <1915> Вс. В 8 ч. утра приехали из Святошина дядя, тетя и Коля, затем Катя с Борисом, улеглись спать мы же с Галюсей возились на кухне приготовляя на вечер (..... 10 ч. у.), в 11 ч. повставали наши гости и мы с ними отправились в местечко. В 5 час. мама и дядя нас благословили и мы отправились в церковь в с. Большая Терновка, итти было скверно, темно чуть не заблудились, встретили нас шафера венчанье длилось довольно долго, самочувствие великолепное от сознания что рядом стоял безконечно любимый человек. Пел хор, горели паникадила. Возвращались обратно уже со всеми вместе; встретили нас мама с дядей, (дядя и тетя приехали раньше). Собрались довольно много людей. В 12 час. разошлись мы с Галюсей проводили на вокзал святошинцев, а затем, вернувшись домой улеглись спать с Галюсей, свободно, не утаиваясь. (..... - ....).
http://iso.www.citycat.ru/daryal/1997/1/dnevnik.html
Закладка кстати: академик Вилли П. прислал ссылку на потрясающий дневник псаломщика Кудзага Акоева, опубликованный в журнале "Дарьял". Вот выбранные места оттуда (выписка посвящается Вадику, Илону, Маше и Тане):1912 год. 1 января я, псаломщик Константин Акоев, перестал потреблять араку. 1913 год. <...> 16 апреля. Я, Кудзаг Акоев, бросил пить араку на время, так как она мне не идет. 1915 год. <...> 10 апреля. Я, псаломщик Константин Ильич Акоев, оставил пить араку на один год, т.е. до 10 апреля 1916 года. Буду пить только один стакан. <...> 23 ноября. Сего числа я, Константин Ильич Акоев, оставил пить араку на один год. Буду пить только два стакана из тех, из которых пьет народ в компании - в гостях и куда бы не зашел. Дома - то же самое. Принял присягу сего числа в своем доме перед иконой Божьей Матери. Аминь. Константин Акоев. 1920 год. <...> 21 ноября. Сего числа я, Константин Ильич Акоев, оставил пить араку до 21 ноября 1921 г. (буду пить в каждом доме 2 стакана). 1921 год. <...> 30 октября. Сего числа я, Кудзаг Акоев, оставил пить араку. Буду пить только два стакана. Не больше. Причина - не идет мне, если больше выпью, желудок не работает и болею. 1922 год. <...> 5 ноября. Сего числа я, Кудзаг Акоев, оставил пить араку, только буду пить два или три стакана до 5 ноября 1923 г. 1927 год. <...> 1 ноября. Сего числа, я, Константин, и сын Тимофей поехали в Алагир к доктору Тлатову. Тлатов сказал: катар желудка. И выписал рецепт на лекарство. И велел не пить араку и пиво совсем. 1928 год. <...> 16 декабря. Сего числа я, Кудзаг Акоев, оставил пить араку, но семейство посоветовало мне пить три стакана в каждой компании.
В этом разделе сегодня - очередная заметка Ю.Н. из серии "Их нравы":Еще пришло письмо от Е.Щербакова:
Фейерверк Тут давеча знакомые дети позвали меня послушать, как они хором поют. Пели в ДК им. Каттинга (Cutting Hall) - такой деревенский клуб, собственно - с небольшой сцены. Хор состоял из трех частей, которые в сумме составляли 120, что ли, человек, и весь концерт передвигались по сцене, по залу и за кулисами. Не могу сказать, что они все отлично спели: скажем, госпел эти белые дети никогда не смогут сыграть, хоть ты их до седин тренируй - но логистика этого хора повергла меня в трепет. Мы как-то привыкли считать, что слаженные движения масс есть принадлежность тоталитарных обществ. Ну там пирамида "привет фестивалю", шаг туда - флаг сюда... это же, братцы, миф! Намек на Ролана Барта. Это же только отдельных представителей для специальных оказий в наших тоталитаритетах натаскивают. А наступил ДМБ у рядового парадного полка, мозоль на пятке рассосалась, и никто не скажет, что он два года фигуру представлял. Обратимся к личному опыту. Вы можете смеяться, но дома я на стадионе ни разу не был. То есть был на елке в Лужниках, допускаю даже, что мог кричать "Елочка, зажгись", хотя вряд ли. Выступать случалось - "Привет участникам соревнования" - но это со стороны раздевалки. Как-то летом мы с будущей женой ночевали в ложе прессы. Но все эти примеры, так сказать, обратного действия: пустой стадион есть (головокружительное) отрицание идеи стадиона. И насколько я себя помню, весь мой опыт коллективного поведения состоял из каких-нибудь таких отрицаний. Даже электричка и очередь не исключение, о чем мы еще как-нибудь поговорим. И вот, на фоне этого ущербного опыта я рискну утверждать, что мало учили нас совместным движениям и крикам. Здешнее заграничное население, например, с ясно видимым удовольствием предается всяким коллективным забавам, расчетливо подчиняя долю своей индивидуальности предложенному извне плану. Каждое Рождество самодеятельные хоры по тысяче человек поют ораторию "Мессия" во многих местах сразу - арфистки идут нарасхват. Баскетбольный матч - это специльное высокоорганизованное развлечение, во время которого публика дико вопит со строгим соблюдением локтевой дистанции и правильного числа тактов. Есть для удобства этого специальные телевизоры и децибелометры зашкаливающие. Если кто не знает, то имейте в виду, что играют в баскетбол под музыку, и случайных пауз не бывает! Третьего июля, когда очевидно случайные толпы пригородных подростков валят от станции к озеру Мичиган смотреть фейерверк, они тоже часто начинают орать, и я раньше никогда не слышал ничего подобного: они начинают орать у Union Station, и вопль перекатывается до озера и обратно гораздо, гораздо многообразней, чем "Здравжелтовмар". Они выучились этому в школе! Не математике выучились, а этому. Во время фейерверка, напротив, публика помалкивает, поскольку он тоже не лишен сюжета, хотя бы и канонического; публика свистит и плещет во время последних залпов, если, конечно, спектакль удался. А вот в поезде на обратном пути - всяк сам по себе, и ничего нет в этом коллективного, кроме общего страдания от недостатка локтевой дистанции - а это страдание только еще пуще разъединяет. Редкая оказия. Не учат.Простите, но в последней "Ссылке" есть неточность. На "военке" ТГУ (здание на ул Рийа 27 (если память не изменяет)) НИКОГДА не водилось машин типа БМП на гусеничном ходу (Боевая Машина Пехоты), зато "состояли на вооружениии" колесные бронетранспортеры БТР-60ПБ... Было их вроде как 2, и оба весьма и весьма изношены (хорошо подходит эст. слово - pruugitud). Кстати, интересно, где-то они сейчас...
Небось составляют костяк наших эстонских национальных сил самообороны. Поправка принимается с благодарностью. Попутала компьютерная грамотность: формат такой есть "bmp". А формата "btr" я пока не встречал. По поводу первого раздела прошлого выпуска я также получил немало справедливых нареканий. Во-первых, не стоило смешивать разговор о произведении Вадима Лурье с разговором о :Ленине:. Во-вторых, меня упрекают в том, что я никаких контраргументов по поводу заметки М.Вербицкого не высказал, а только дразнился. Тут история такая: у самого Вербицкого никаких аргументов и не было, кроме, конечно, классового чутья. А на ту статью из РЖ, автор которой полагает, что Герцена нельзя цитировать в учебниках, мы напишем некий коллективный ответ. Скорее всего, на той же "Рутении" и появится. Норвежский Лесной просил написать о нем что-нибудь хорошее. Пожалуйста: Норвежский Лесной, пишу о тебе хорошее.
 |
 |
 |
|
