Американо-японская или, как называют ее в США, Тихоокеанская война началась с атаки японцев на Перл Харбор 7 декабря 1941 года и фактически закончилась три года и восемь месяцев спустя атомной бомбардировкой Хиросимы и Нагасаки. Каждому из этих событий, как и другим ключевым моментам той войны, посвящены тысячи статей и монографий; новые публикации появляются ежемесячно. Однако даже на этом фоне книга Ричарда Б.Фрэнка "Низвержение: конец японской империи" ("Downfall: The End of the Imperial Japanese Empire") стала заметным событием, окончательно закрепив за автором репутацию одного из ведущих американских специалистов по событиям 1941-1945 годов в тихоокеанском регионе.

Впрочем, еще до "Низвержения" был "Гвадалканал" ("Guadalcanal: The Definitive Account of the Landmark Battle") - принесшее Р.Фрэнку известность дотошное исследование первой успешной операции американцев в японской кампании. Битва за Гвадалканал - самый крупный из Соломоновых островов, расположенных на юге Тихого океана, - началась 7 августа 1942 года (ровно за три года до бомбардировок Хиросимы и Нагасаки) и продолжалась шесть месяцев. Россиянину, специально не интересующемуся военной историей, это географическое название, скорее всего, ничего не скажет, однако для американца оно звучит как для нас Сталинград или Курская дуга. Достаточно сказать, что именно событиям на Гвадалканале посвящена одна из самых впечатляющих военных лент последних лет - фильм Теренса Малика "Тонкая красная линия".

Первая монография Р.Фрэнка собрала отличную прессу. Восторженную оценку Тома Клэнси ("Потрясающий дебют нового крупного таланта в американской литературе") дополняли восхищенные отзывы обозревателей ведущих изданий - "Los Angeles Times Book Review", "Chicago Tribune", "The New York Times Book Review". Рецензенты отмечали, что автору удалось показать военную специфику того сражения и одновременно вписать гвадалканалский эпизод в историю мировой войны, убедительно продемонстрировав его переломную роль в Тихоокеанской кампании. Последнее утверждение сегодня звучит банальностью, однако на тот момент оно казалось едва ли не сенсационным - большинство специалистов называли ключевым моментом войны с Японией битву за остров Мидуэй (начало лета 1942 года).

"Низвержение" - вторая книга Р.Фрэнка. Впервые она вышла в 1999 году в переплете, через два года появилось издание в мягкой обложке. Сейчас переиздание монографии (в которое включены новые еще не публиковавшиеся документы) готовится Принстонским университетом. За годы, прошедшие с момента появления первого издания, "Низвержение" стало одним из самых цитируемых исследований, посвященных трагической странице американской и японской истории. Бесспорно, успех этот монография Р.Фрэнка заслужила. Однако чтобы понять причины ее популярности, необходимо принять во внимание, что американцы смотрят на многие события последнего этапа Второй мировой войны по-другому, нежели россияне.

Российскому читателю само собой разумеющейся кажется оценка бомбардировки Хиросимы и Нагасаки как военного преступления. Однако в американской историографии подобный подход долгое время не являлся ни единственным, ни даже преобладающим. Голоса, осуждающие бомбардировки, конечно, раздавались и сразу после войны, однако тогда авторы, придерживающиеся такой точки зрения, выглядели на фоне американского исторического мейнстрима ревизионистами вроде Суворова-Резуна. Сегодня ситуация изменилась, однако средний американец и сейчас склонен считать, что президент Трумэн, отдав приказ о применении атомного оружия, тем самым спас сотни тысяч, а может, и миллионы жизней, приблизив конец войны, которая в противном случае могла бы затянуться еще на неопределенный срок.

В последние десятилетия, однако, появилось немало работ, в основе которых лежало стремление пересмотреть основополагающие для американской концепции истории представления о заключительном этапе Тихоокеанской войны. Достаточно назвать книгу профессора Калифорнийского университета Цуеси Хасегавы "Наперегонки с врагом", автор которой утверждал, что союзники поспешили применить оружие массового уничтожения, так как сделали далеко не все возможное, дабы убедить Японию капитулировать.

Монография Р.Фрэнка противостояла подобным интерпретациям и подкупала своей основательностью и в то же время традиционализмом - исследователь изыскивал дополнительные аргументы в пользу устоявшихся трактовок, показывая несостоятельность попыток пересмотра привычных представлений. Он доказывал, что японцы не собирались вести переговоры о капитуляции и были полны решимости сражаться до конца, а потому американское вторжение в Японию привело бы к военной катастрофе и огромному числу жертв; приказ об атомной бомбардировке оказался для Трумэна и его генералов единственным выходом в той ситуации.

Этот пафос автора "Низвержения" отмечался большинством рецензентов.

"Фрэнк приходит к выводу, что император и японская военная верхушка были далеки от намерения сдаться и что решение использовать атомную бомбу, возможно, спасло миллионы жизней - не только союзников, но также японцев и других азиатов, поскольку до сотни тысяч китайцев умирали ежемесячно под японской оккупацией. Эффект от бомбардировок проявился на многих уровнях - бомба даже помогла японским милитаристам сохранить лицо, ибо теперь они могли уверять себя, что проиграли не из-за недостатка духовной силы, но исключительно уступив в соревновании научных разработок", - писал Джон Стивенсон, а обозреватель "Publishers Weekly" Роберт Готлиб с иронией замечал об оппонентах Р.Фрэнка: "Бомбардировки Хиросимы и Нагасаки вызвали вспышку столь яркую, что она ослепила историков в отношении многих политических, дипломатических и военных деталей, имевших место до 6 августа 1945 года".

Другим важным достоинством "Низвержения" рецензенты называли нежелание автора модернизировать историю, его стремление посмотреть на те события взглядом, не замутненным позднейшими наслоениями. "Фрэнк настаивает, что события следует рассматривать в том виде, как их воспринимали тогда (и та, и другая сторона), а не так, как о них судят сегодня", - так формулировал журналист "Kirkus Reviews" основной методологический принцип Фрэнка. Он же отмечал несомненные успехи, которых удалось добиться автору "Низвержения" при помощи последовательного применения этого принципа:

"Фрэнк приходит к трем основным выводам: американцы рассматривали применение атомного оружия не как нечто экстраординарное, но как часть общей военной стратегии, построенной на сочетании блокады и бомбардировок; японцы впервые заговорили о капитуляции лишь после атомных бомбардировок; применение атомного оружия было оправданным. Моральные аспекты американских действий были обусловлены войной в Европе, а также сведениями о японских планах. Разрушительные стратегические бомбардировки к тому времени имели место в Германии и - несколько позднее - в Японии. В марте 1945 года до 100 тысяч людей погибли при бомбардировке Токио зажигательными бомбами. Применение атомного оружия было кульминацией стратегического плана, а не отступлением от него".

На каком же фоне появилась вторая монография Фрэнка? В 1994 году в издательстве университета Южной Каролины вышла книга Дж.Р.Скейтса "Вторжение в Японию: альтернатива бомбе" ("The Invasion of Japan: Alternative to the Bomb"), автор которой рассматривал события августа 1945 года с позиций, прямо противоположных позиции Фрэнка.

"Скейтс убедительно доказывает, что японская военная мощь была на грани истощения, так что вторжение привело бы к гораздо меньшему числу жертв, чем обычно предполагают те, кто ищет оправдания для бомбардировок; более того, по его мнению, Япония могла бы сдаться не только без бомбардировок, но даже и без вторжения, если бы союзники согласились на переговоры, а не требовали безоговорочной капитуляции. Скейтс приводит множество ранее неизвестных сведений, касающихся того, что могло бы стать одной из самых грандиозных и значительных военных операций в истории", - писал Роланд Грин из "Booklist".

Годом позже Г.Алперовиц в книге "Решение применить атомную бомбу и создание американского мифа" ("Decision to Use the Atomic Bomb and the Architecture of an American Myth") говорил о полной деморализации японской армии к лету 1945 года как о чем-то само собой разумеющемся. Алперовиц утверждал, что решение о бомбардировке Трумэн принял под давлением со стороны госсекретаря Дж. Бирнса, который считал подобное показательное бомбометание хорошим средством для давления на Советы после войны.

Сходной версии придерживался и Р.Такаки, автор вышедшей практически одновременно с монографией Алперовица книги "Хиросима: почему Америка сбросила бомбу" ("Hiroshima: Why America Dropped the Atomic Bomb"). Версию о кознях Бирнса и антисоветской подоплеке бомбардировок Такаки дополнил еще одним компонентом: расизмом Трумэна. По мнению исследователя, в американском коллективном бессознательном, носителем которого был президент, японцы представали существами неполноценными, в борьбе с которыми все средства хороши.

Рецензенты отмечали сильное влияние Алперовица на Р.Дж.Лифтона и Г.Митчелла, чья книга "Хиросима в Америке: полвека отрицания" ("Hiroshima in America: A Half Century of Denial") появилась в 1996 году. Авторы исследовали не только причины атомной бомбардировки двух японских городов, но и те меры, которые принимались кабинетом Трумэна и последующими американскими администрациями, дабы не допустить серьезного обсуждения вопроса об оправданности этой акции.

Особняком в этом ряду стоит книга Дж.С.Уокера "Быстрое и тотальное разрушение: президент Трумэн и применение атомного оружия против Японии" ("Prompt and Utter Destruction: President Truman and the Use of Atomic Bombs Against Japan"). Позиция ее автора была настолько расплывчата (или, можно сказать, объективна), что обозреватели различных изданий долго спорили о том, поддерживает ли Уокер решение о бомбардировках или, напротив, осуждает. С одной стороны, Уокер утверждал, что перед президентом США никогда не стоял серьезный выбор между бомбардировками и вторжением - Трумэн знал, что японская армия слишком слаба, чтобы оказать американцам сколько-нибудь серьезное сопротивление, и скорее всего капитулирует еще до осени. С другой - автор полагал, что бомбардировка была единственным способом немедленно прекратить войну и вовсе избежать потерь среди американцев. По мнению Уокера, ни один политик, окажись он на месте Трумэна, не устоял бы перед искушением применить атомную бомбу.

Только поставив монографию Р.Фрэнка в этот ряд, можно понять причины ее популярности. Очевидно, что на фоне Алперовица, Такаки, Уокера и др. автор "Низвержения" смотрится смелым бунтовщиком, восставшим против интеллектуальной моды во имя более традиционных и милых консервативной части Америки представлений. Он возвращается к той точке зрения, которая господствовала еще совсем недавно, подкрепляя ее новыми и, как кажется многим, очень убедительными аргументами.

• Ричард Б.Фрэнк в РЖ